Коробка с утрами

Книга

Коробка с утрами

Возраст: 6–9 лет · 6 глав

Перед отъездом дедушка положил в чайную коробку шесть записок. Каждое утро Аня находила одно дело, а на седьмое утро открыла дверь.

Читать книгу

Перед отъездом дедушка оставил на полке чайную коробку. Внутри лежали записки: по одной на утро, пока его не будет дома.

Глава 1 из 6

Записка про мяту

На полке, между банкой гречки и жестяной коробкой из-под чая, утром ничего не должно было меняться. Дедушка уехал вчера на раннем автобусе, поцеловал Аню в макушку и сказал только: «Коробку не тряси. Там не сюрприз, там порядок».

Аня как раз собиралась трясти. Мама ушла на рынок, в квартире было тихо, и чайная коробка стояла слишком ровно. Аня сняла её двумя руками. Крышка сидела плотно. Внутри лежали не чаинки, а сложенные бумажки, тонкие, в линейку, и пахло от них не чаем, а карандашом.

Верхняя записка была короткая: «Полей мяту. Горшок на холодильнике, лейка в ванной. Не залей блюдце». Буква «А» в слове «залей» была с длинным хвостиком. Так писал только дедушка.

Мята и правда стояла на холодильнике, тонкая и обиженная. Земля отошла от стенок. Аня принесла лейку, налила немного, потом ещё немного, потому что первое «немного» сразу провалилось в щель. Блюдце она держала ладонью, чтобы вода не побежала на пол.

Когда земля потемнела, Аня вынесла горшок на кухонный стол, к окну. На подоконнике было тесно от банок. Она подвинула соль и поставила мяту так, чтобы листья не касались стекла. От мокрых листьев пахло сразу, остро и зелено, сильнее, чем от сухих.

Аня перечитала записку. Других указаний на сегодня не было. Она хотела достать вторую бумажку и посмотреть, что будет завтра. Рука уже взялась за край, но она положила записку обратно и закрыла крышку. Если читать всё сразу, утра кончатся к обеду.

Мама вернулась с укропом и увидела мокрый подоконник.

— Дедушкина рука, — сказала она, хотя дедушки дома не было. — Он и мне когда-то оставлял бумажки, только в книге, чтобы я не говорила, что не видела.

Аня показала коробку, но бумажки не вынула.

— Там ещё есть, — сказала она. — Я не смотрела.

Вечером мята уже не висела тряпками. Один лист поднялся так, будто его потянули за нитку. Аня поставила коробку на прежнее место, между гречкой и стеной, и не стала писать дедушке, что дело сделано. Он и так узнает по запаху, когда вернётся. Если, конечно, мята доживёт до его автобуса и Аня не зальёт блюдце завтра сдуру.

После обеда она всё-таки открыла коробку ещё раз, не чтобы читать следующую записку, а чтобы проверить, не прилипла ли первая к крышке. Не прилипла. Бумажки лежали стопкой, и нижние были толще верхних, будто дела к концу недели становились серьёзнее. Аня не развернула их. Она только пересчитала уголки: шесть. Один уже был про мяту. Пять смотрели белыми спинками.

На холодильнике остался круг от горшка, пыльный и сухой. Аня вытерла его мокрой тряпкой и поставила на это место соль, которую раньше подвинула. Соль не обиделась. Мята на окне поймала солнце всей новой водой и запахла так сильно, что мама, режа хлеб, сказала: «Как будто дедушка уже налил себе чай». Аня не стала отвечать, что чай он пьёт без мяты, с лимоном, если лимон есть. Ей нравилось, что запах работает вместо человека.

Вечером она полила мяту ещё тремя ложками, не из лейки, а из стакана, чтобы не перелить с радости раньше субботы. Блюдце осталось сухим. Это тоже было дело, хотя в записке оно стояло как запрет, а не как пункт.

К содержаниюК книге

← Все книги