
Книга
Две чашки
Утром чашки на столе поменялись местами. Ника выясняет, что это сделал Стёпа, чтобы ручки смотрели друг на друга.
Глава 6 из 6
Днём
Днём Стёпа подошёл к Нике сам, не ночью и не шёпотом. Он спросил, можно ли повернуть ручку глиняной чашки к окну, потому что ему так нравится смотреть на ободок. Ника как раз мыла полосатую чашку и сказала: можно, только сейчас и только одну ручку, места чашек не менять.
Они встали у стола при свете. Полосатая осталась слева, глиняная справа. Стёпа повернул глиняную ручку к окну и убрал руки. Ложка лежала в мойке, не на столе, так что путать её было нечем. Табуретку он сам задвинул, без напоминания про вчерашнее утро.
Ника не стала возвращать ручку обратно «как красивее взрослому». Договор был про день и про слова, не про один-единственный вид. Ручки больше не смотрели друг на друга, и Стёпа это видел. Он не расстроился. Ему в этот раз нужна была не ссора чашек, а окно.
Вечером, когда посуду снова оставили сушиться, Ника спросила, как ставить. Стёпа сказал: места прежние, ручки внутрь, как договорились после утра. Он не пошёл на кухню после света. Ника это не проверяла шагами по коридору. Утром чашки стояли так, как их оставили, и ложка была перед полосатой.
Мама заварила чай в полосатую и не спросила, почему вчера был разговор. Ника коротко сказала уже вчера. Повторять при Стёпе историю про ночной поход она не стала: он и так помнил договор. Пиалу днём ему не понадобилось подменять. Он пил из маленькой чашки, которая жила в шкафу и в перестановке не участвовала.
Глиняная ждала вечера, как и раньше. Её ручка смотрела внутрь стола, не в стену. Стёпа один раз провёл по ней пальцем и не крутанул. Ника увидела и ничего не прибавила. Молчание здесь было лучше похвалы, от которой хочется сделать ещё один ночной заход, чтобы похвалили снова.
Так две чашки остались двумя. Никто их не прятал и не объявлял запретными. Изменилось только время, когда их можно поворачивать: днём и вслух. Ночью стол стоял как его оставили, и этого Нике было достаточно.